Самая редко встречаемая процедура в делах о несостоятельности (о банкротстве). Почему?

О процедуре финансового оздоровления в делах о банкротстве

Финансовое оздоровление — процедура, применяемая в деле о банкротстве к должнику в целях восстановления его платежеспособности и погашения задолженности в соответствии с графиком погашения задолженности. Понятие данного термина установлено нормой ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Процедура финансового оздоровления фактически является «мертвой» нормой, то есть нормой, хотя и включенной в систему права (в частности, в систему права, регулирующую правоотношения, возникающие в связи с несостоятельностью должников), но для применения, которой отсутствуют соответствующие ей базисные (экономические) отношения. То есть данная норма и процедура, применяемая в делах о банкротстве, существует только на бумаге, но фактически не применяется, ибо отсутствуют хозяйственно-экономические предпосылки для ее применения в юридической практике.

Почему в отношении финансового управления сложилась такая ситуация?

Во-первых, та диспозиция, которую законодатель вложил в качестве условия  применения финансового оздоровления, основана на элементе случайности: «В ходе наблюдения должник на основании решения своих учредителей (участников), органа, уполномоченного собственником имущества должника — унитарного предприятия, учредители (участники) должника, орган, уполномоченный собственником имущества должника — унитарного предприятия, третье лицо или третьи лица в установленном настоящим Федеральным законом порядке вправе обратиться к первому собранию кредиторов, а в случаях, установленных настоящим Федеральным законом, — к арбитражному суду с ходатайством о введении финансового оздоровления» (п. 1 ст. 76 Закона о банкротстве). То есть инициатива введения данной процедуры возложена не на кредиторов, а на учредителей должника. Разумеется, в нормальной хозяйственной ситуации, если учредители стремятся не допустить в отношении предприятия процедуры банкротства, то они рассчитываются по долгам еще до стадии введения первой процедуры (наблюдения).

Еще одно основание для введения процедуры финансового оздоровления предусмотрено нормой ст. 75 Закона о банкротстве, и тоже основано на элементе случайности, когда первое собрание кредиторов не состоялось или не приняло решения о дальнейшей процедуре: «При отсутствии возможности отложить рассмотрение дела в пределах срока, установленного статьей 51 настоящего Федерального закона, арбитражный суд выносит определение о введении финансового оздоровления, если имеется ходатайство учредителей (участников) должника, собственника имущества должника — унитарного предприятия, уполномоченного государственного органа, а также третьего лица или третьих лиц, при условии предоставления достаточного обеспечения исполнения обязательств должника в соответствии с графиком погашения задолженности, размер которого должен превышать размер обязательств должника, включенных в реестр требований кредиторов на дату проведения первого собрания кредиторов, не менее чем на двадцать процентов. При этом график погашения задолженности должен предусматривать начало погашения задолженности не позднее чем через месяц после вынесения арбитражным судом определения о введении финансового оздоровления и погашение требований кредиторов ежемесячно, пропорционально, равными долями в течение года с даты начала удовлетворения требований кредиторов».

Во-вторых, законодатель предъявляет достаточно жесткие условия для применения процедуры финансового оздоровления, настолько жесткие и не соответствующие действительным экономическим реалиям, что выполнение их становиться в юридической практике невозможным:

1) условие гарантии (залогом, независимой гарантией (ранее – банковской), государственной или муниципальной гарантией) или поручительства, как учредителями, так и третьим лицом (п. 1 ст.79 Закона о банкротстве);

2) срок финансового оздоровления: финансовое оздоровление вводится на срок не более чем два года (п. 6 ст. 80 Закона о банкротстве). Как правило, за счет оборота собственных товаров, с условием исполнения текущих обязательств, максимум любого предприятия – это выживание; никаких долгов за счет текущей деятельности в российской практике покрыть невозможно;

3) устанавливаемый судом (по предполагаемому ходатайству учредителей, поручителей, гарантов и иных третьих лиц, желающих сохранения юридического лица) график погашения задолженности: «Графиком погашения задолженности должно предусматриваться погашение всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, не позднее чем за месяц до даты окончания срока финансового оздоровления, а также погашение требований кредиторов первой и второй очереди не позднее чем через шесть месяцев с даты введения финансового оздоровления» (п. 3 ст. 84 Закона о банкротстве).

Конечно же, для выполнения графика погашения задолженности за счет текущей финансово-хозяйственной деятельности, требуется два возможных (то есть только предполагаемых) условия:

а) рентабельность предприятия должна быть очень высока;

б) кредиторская задолженность должна быть относительно невелика (чтобы ее можно было погасить за два года за счет текущей финансово-хозяйственной деятельности).

Понятно, что возникновения этих двух взаимоисключающих условий необходимо очень и очень «случайное» стечение обстоятельств (например, заведомо необоснованный менеджмент в отношении отдельно взятого кредитора при условии, что все остальное благополучно), при этом учредители «почему-то» проглядели возникновение этих обстоятельств на стадии досудебного разбирательства.

В-третьих, ни кредиторы, ни административный управляющий (арбитражный управляющий в данном виде процедуры) не приобретают контроль над управлением предприятия в процедуре финансового оздоровления: «В ходе финансового оздоровления органы управления должника осуществляют свои полномочия с ограничениями, установленными настоящей главой» (п. 1 ст. 82 Закона о банкротстве). Контролирующие полномочия административного управляющего, выраженные «пост-фактум» совершенно недостаточны, чтобы предотвратить сделку должника. Поэтому никогда не случается в практике голосования кредиторов за «финансовое управление».

В-четвертых, в российское диспозитивное законодательство вошла норма (глава 8 Закона о банкротстве) о «мировом соглашении» по таким делам (о несостоятельности), в результате наличия и применения которой любые санационные (оздоровительные), мероприятия, будь то внешнее управление либо финансовое оздоровление, потеряли экономическую составляющую (базис применения).

В самом деле, ведь фактически, по своему экономическому смыслу, и внешнее управление и финансовое оздоровление предполагают продолжение существования должника, только ставят целью контроль в той или иной степени за его хозяйственной деятельностью. То есть эти меры являются формой соглашения с должником.

Однако применение к этим экономическим отношениям юридической формы «мирового соглашения», тот есть полное устранение контроля, означает провал всей «санационной», то есть контролируемой кредиторами, направляющей процедуры.

Как вывод, могу сказать, что в результате такого необдуманного нормотворчества, санационная составляющая процедур, применяемых в делах о банкротстве выпала полностью.

1) Результат: всего две процедуры (норматив погрешности), введенные в отношении должников в российской практике с 2002 года.

2) Второй результат: мировое соглашение превратилось в попытку переиграть процедуру банкротства. Практически не существует в российской практике исполненных должником условий мирового соглашения по результатам процедуры банкротства, если только его условия не исполняет третье лицо (учредитель или поручитель за должника), при этом происходит замена кредиторов в обязательстве на это третье лицо.

Консультант Коллегии адвокатов «Терновцов и партнеры»
Дмитрий Петров

Поделиться новостью
На печать...