В поисках критериев эффективности аутентического толкования

Российская Федерация продолжает интегрироваться в международную экономику и политическое пространство. Этот процесс основывается на качественном и эффективном законодательстве, фундаментом которого являются демократические положения Конституции РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права. Аксиомой современного цивилизованного правотворчества и толкования должны стать: демократизм, приоритет прав и свобод человека, верховенство закона, законность, гуманизм и др. <1>.

———————————

<1> См.: Глобализация и развитие законодательства: Очерки / Отв. ред. Ю.А. Тихомиров, А.С. Пиголкин. М., 2004. С. 106.

Техника толкования нормативных правовых актов (в том числе и аутентического толкования. — Я.К.) получила название правоинтерпретационной техники <2>.

———————————

<2> См.: Тихонова С.С. Юридическая техника в уголовном праве: Курс лекций. Нижний Новгород, 2008. С. 11.

В правовой науке правоинтерпретационная техника не рассматривается в качестве самостоятельной формы реализации юридической техники, а является составляющей правоприменительной техники. Сторонники данной точки зрения утверждают, что любое толкование преследует цель обеспечить правильное применение нормативно-правовых актов на практике <3>.

———————————

<3> См.: Бабаев В.К. Теория современного советского права: Фрагменты лекций и схемы. Нижний Новгород: НВШ МВД России, 1991. С. 100; Румянцева Е.В. Техника конструирования и применения диспозиций статей о налоговых преступлениях (ст. 198 — 199.2 УК РФ): Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Казань, 2007. С. 12 — 13.

Правильность, грамотность и результативность аутентического толкования нормативных правовых актов прежде всего зависят от совершенства юридической техники.

Юридическая техника (от греч. juris — право и teche — искусство, мастерство, ремесло, умение) — это совокупность правил, приемов, способов подготовки, составления, оформления юридических документов, их систематизации и учета <4>; совокупная связь определенных правил, применяемых как при разработке содержания и структуры правовых предписаний государства, так и при претворении их в жизнь <5>; система знаний о правилах осуществления юридической деятельности, образующая методологию практического создания права <6>.

———————————

<4> Общая теория государства и права: Академический курс в 3 т. / Отв. ред. проф. М.Н. Марченко. Т. 2. М.: Зерцало-М, 2002. С. 500.

<5> См.: Энциклопедический юридический словарь / Отв. ред. О.Г. Румянцев, В.Н. Додонов. М., 1996. С. 93.

<6> См.: Панько К.К. Методология и теория законодательной техники уголовного права России. Воронеж, 2004. С. 19.

Определение понятия юридической техники возникло в XIX в. в связи с развитием доктрины формально-юридического анализа формы и структуры права и впервые было рассмотрено в работах Р. Иеринга (Дух римского права. СПб., 1875; Юридическая техника. СПб., 1906).

Предметом юридической техники являются наиболее общие закономерности осуществления юридической деятельности <7>.

———————————

<7> См.: Кашанина Т.В. Юридическая техника: Учебник. М.: Эксмо, 2007. С. 28.

Цель юридической техники — рационализация юридической деятельности, достижение ясности, простоты, краткости, определенной стандартности, единообразия (унифицированности) юридических документов.

Интерпретационная техника призвана четко, недвусмысленно, определенно и в то же время кратко, экономично, единообразно и стандартно осуществить аутентическое толкование. Обилие слов, расплывчатые формулировки, недостаточная четкость и пробельность снижают эффективность правового регулирования.

Акт аутентического толкования должен быть понятным и ясным для субъектов, которым он адресован. Этот документ, как правовой акт, должен иметь необходимые реквизиты, которые отражали бы его юридическую силу, предмет регулирования, сферу действия, придавали бы официальность.

К акту аутентического толкования применяются правила, относящиеся к содержанию и структуре нормативного акта.

Субъект, осуществляющий толкование собственного акта, применяет по мере необходимости все известные способы толкования, использует их в комплексе, способствуя выявлению ошибок и нейтрализации их.

В большинстве случаев для уяснения содержания правовых предписаний применяется грамматическое (в сочетании с систематическим) толкование текста нормативного правового акта.

Грамматическое (текстовое) толкование заключается в грамматическом, лексическом и синтаксическом анализе текста нормы или статьи нормативного правового акта. Пристальное внимание при этом обращается на структуру текста, расстановку знаков препинания, на смысловое значение в данном тексте общеупотребляемых терминов и слов, технических терминов, заимствованных из различных отраслей знания — науки, техники и искусства, а также на специальную, юридическую терминологию.

Систематическое толкование состоит в использовании системного подхода при анализе различных норм права, отдельных статей и в целом нормативных правовых актов. При данном способе (методе) толкования главное внимание исследователя сосредоточивается на уяснении сущности и содержания нормы права путем сопоставления ее с другими, ранее принятыми нормами, установления ее места и роли в системе этих норм, определения характера ее многосторонних связей с этими нормами.

Систематический метод аутентического толкования направлен на выявление и устранение пробелов и коллизий в законодательстве. Он эффективен в поиске старых, формально не отмененных, но фактически не действующих в силу исчезновения ряда прежних общественных отношений или в силу иных причин правовых норм.

Систематическое толкование также рассматривается и как частная форма логического толкования. Данное толкование применяется для выяснения логического смысла правовых предписаний в тех случаях, когда сущность и содержание правовой нормы, статьи и целого акта невозможно определить путем систематического или грамматического толкования. Логическое толкование, считал Г.Ф. Шершеневич, предполагает уже выполненной работу грамматического толкования <8>.

———————————

<8> Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. Вып. 1. М., 1910. С. 737.

Сущность его заключается в выяснении мысли нормативного правового акта на основании установленного значения слов, которыми она выражена. Это логическое, «реальное толкование» направлено на то, чтобы вывести содержание закона или из его собственного текста, или из сопоставления этого текста с текстом других законов <9>.

———————————

<9> Там же. С. 737.

Иные способы толкования (историческое толкование, толкование по объему — буквальное, ограничительное, расширительное) разработаны для того, чтобы использовать их в тех случаях, когда в силу несовершенства законодательной техники или небрежности не удалось адекватно отразить волю законодателя в нормах права.

«С помощью методов толкования норм права осуществляется анализ действующего законодательства в целях выявления его несовершенных, малоэффективных норм, установления связей между проектируемыми и действующими нормами права, соотнесения проектируемых норм права с принципами и общими положениями соответствующих отраслей права и правовых институтов», — полагает В.М. Сырых <10>.

———————————

<10> Сырых В.М. Предмет и система законодательной техники как прикладной науки и учебной дисциплины // Законодательная техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сб. статей. Т. 1 / Отв. ред. В.М. Баранов. Нижний Новгород: НА МВД России, 2001. С. 14.

Толкование должно быть четким, лаконичным, не допускающим двусмысленности, многозначности понятий и терминов; оно не должно быть обтекаемым; недопустимы подмена и смешение общепризнанных понятий <11>.

———————————

<11> Надеев Р. Законотворческие ошибки // Российская юстиция. 2001. N 5. С. 20 — 21.

Изложение нормы права в акте толкования должно быть кратким, четким и определенным. При аутентическом толковании не должен теряться основной смысл нормы.

Краткость и определенность толкования достигаются с помощью различных приемов изложения норм права, использованием специальных терминов, стандартных языковых оборотов.

Формулировки толкования норм права должны обладать грамматическим единообразием, терминология актов должна быть единой.

Это достигается путем употребления одного и того же термина, одного и того же слова в одном и том же значении. Одно и то же понятие (явление, предмет) обозначается одним и тем же термином.

Точность и определенность терминов, их единообразное понимание достигаются с помощью использования легальных дефиниций, в которых даются определение термина, его разъяснение, обязательное для адресатов нормативного правового акта.

Правовые понятия и категории, разработанные и применяемые учеными и практиками предыдущих поколений, изменяются в условиях демократического развития общества, реформирования права и расширения сферы правового регулирования.

«Каждое понятие есть акт теоретического познания, которое показывает, как отражаемое явление реализует себя в действительности, вскрывает его сущность, отграничивает от других объектов. Выработка такого определения — сложный, длящийся процесс, нередко ведущий к множественности дефиниций» <12>.

———————————

<12> Баранов В.М. Законодательная дефиниция как общеправовой феномен // Законодательная дефиниция: логико-гносеологические, политико-юридические, морально-психологические и практические проблемы: материалы Международного круглого стола / Под ред. В.М. Баранова, П.С. Пацуркивского, Г.О. Матюшкина. Нижний Новгород, 2007. С. 32.

Дефиниции — суждения, раскрывающие содержание понятий. Раскрывая главное в предмете, они позволяют выделить данный предмет, отличить его от других, предостерегают от смешения понятий, путаницы в рассуждениях. Им принадлежит важная роль в процессе оперирования понятиями <13>.

———————————

<13> См.: Иванов Е.А. Логика. М., 2002. С. 70.

Используя дефиниции, толкователь тем самым дает как бы однозначное толкование понятия, которое в настоящее время объективно необходимо для реализации регулирующих положений. При толковании выясняется принципиальное содержание правовых предписаний, вложенное законодателем <14>.

———————————

<14> См.: Недбайло П.Е. Применение советских правовых норм. М., 1960. С. 327, 346.

Все легальные дефиниции обладают общеобязательным характером <15>; им присущи юридическая природа, нормативность предписаний, сфера действия, форма изложения.

———————————

<15> См.: Тихомиров Ю.А. Правовые акты: Учебно-практическое и справочное пособие / Ю.А. Тихомиров, И.В. Котелевская. М., 1999. С. 17.

Правовые дефиниции употребляются в текстах нормативных правовых актов, если общественные отношения ранее не регулировались российским законодательством; необходимо установить пределы действия данного акта; возникла потребность в устранении сложившейся множественности смыслового значения слов, употребляемых в нормативном правовом акте; понятия по-разному трактуются юридической наукой и правоприменительной практикой <16>.

———————————

<16> См.: Магомедов С.К. Унификация нормативной правовой терминологии и единое правовое пространство России // Журнал российского права. 2004. N 3. С. 28.

Унифицированные языковые конструкции, применяемые в дефинициях нормативных актов, обладают языковой стандартизированностью, системностью построения норм права, отношений и связей, их непротиворечивостью, согласованностью и взаимосвязанностью, графической оформленностью норм права в виде закономерностей организации нормативно-правового материала <17>.

———————————

<17> См.: Власенко Н.А. Язык права. Иркутск, 1997. С. 21 — 22.

Достоинствами языка права являются четкость, краткость, определенность, стереотипность, единообразие, сухость, доступность для понимания <18>.

———————————

<18> Общая теория государства и права / Отв. ред. проф. М.Н. Марченко. Т. 2. С. 503.

Различные способы (приемы) изложения толкуемых норм права способствуют этому. Так, толкуемая норма излагается в виде нормативного или повествовательного (утвердительного или отрицательного) предложения. С логико-языковой точки зрения это высказывание о должном или возможном поведении тех субъектов, которым адресована данная норма.

По степени обобщенности, абстрактности изложения при аутентическом толковании можно выделить абстрактный и казуистический способы изложения.

Абстрактный способ изложения сводится к обобщению многих действий в одно или к абстрактному понятию без детального описания, без детального перечисления обстоятельств.

При казуистическом способе изложения обстоятельства детально (казуистически) перечисляются.

В зависимости от степени полноты изложения толкуемой нормы различают прямой, ссылочный (отсылочный), бланкетный способы.

Особую значимость приобретают проблемы качества актов аутентического толкования в связи с созданием эффективно действующей системы норм права, обеспечивающей стабильность и правопорядок в обществе.

В числе первых ученых, кто попытался использовать категорию «качество» для характеристики законодательства, был В.Ф. Прозоров. В работе «Качество и эффективность хозяйственного законодательства в условиях рынка» <19> он предложил рассматривать «качество законодательства» как потенциальную возможность выраженного в нем правового регулирования достичь желательных изменений в социальной сфере. Условия, обеспечивающие надлежащее качество законодательства, ученый разделил на две группы: содержательные и регулятивные. К регулятивным характеристикам качества В.Ф. Прозоров отнес технико-юридические, стилистические, системные и другие аналогичные свойства; а к содержательным параметрам — адекватность экономической политики назревшим потребностям общества.

———————————

<19> См.: Прозоров В.Ф. Качество и эффективность хозяйственного законодательства в условиях рынка. М., 1991.

Качество — основной показатель эффективности законодательства, предъявляющий требования доступности, убедительности, точности, определенности, ясности, краткости и выразительности к нормативным правовым актам.

Российские правоведы — С.С. Алексеев, В.К. Бабаев, М.И. Байтин, А.С. Пиголкин, Е.В. Сырых — постоянно изучают свойства, которыми должны обладать качественно подготовленные нормы права <20>. При этом чаще всего указывают на такие признаки качественности, как нормативность, общеобязательность, полнота и конкретность нормативно-правового регулирования, представительно обязывающий характер, ясность и доступность языка закона, формальная определенность, точность и определенность терминов и формулировок, логическая непротиворечивость нормативных положений закона, Конституции РФ, эффективность, соответствие норм закономерностям и потребностям общественного развития и т.д.

———————————

<20> См.: Алексеев С.С. Общая теория права. М., 1982; Нормы советского права / Под ред. М.И. Байтина, В.К. Бабаева. Саратов, 1987; Общая теория права / Под ред. А.С. Пиголкина. М., 1995; Бабаев В.К. Советское право как логическая система. М., 1978; Сырых Е.В. Технико-юридические критерии качества закона // Проблемы юридической техники: Сб. статей / Под ред. В.М. Баранова. Нижний Новгород, 2000. С. 162 — 179.

Технико-юридическое качество акта аутентического толкования является важным условием эффективности, поскольку действие акта такого вида толкования, нормативные положения которого являются нечеткими, недостаточно ясными, логически противоречивыми, не полными, будет недостаточным или даже малоэффективным.

Критерий ясности означает понятность текста читателю, обеспечивается максимально допустимой простотой текста. В связи с этим необходимо использовать общеизвестные термины в общеизвестном значении; расшифровывать значения наиболее важных терминов; употреблять простые и понятные термины, широко употребляемые обороты; не употреблять сложные грамматические конструкции. Ясность текста способствует правильному и полному выявлению содержащейся в нем информации, обеспечивает эффективность действия нормативных предписаний.

Точность и четкость закрепления дефиниции понятия означает, что необходимо стремиться к тому, чтобы у каждого термина в тексте была дефиниция.

В тексте должен быть использован только тот термин, который получил дефиницию. Синонимия и омонимия должны быть исключены.

Нарушение принципа непротиворечивости в тексте аутентического толкования приводит к деформации системы права, так как страдает основная функция права — быть регулятором общественных отношений <21>.

———————————

<21> Сырых Е.В. Технико-юридические критерии качества закона. С. 178 — 179.

Противоречивость может быть грубой ошибкой как законодателя, так и аутентического толкователя правового акта. Она заключается в том, что отрицается то положение, которое недавно утверждалось.

Поскольку появляются новые виды и формы аутентического толкования, растет число субъектов такого толкования, проблема эффективности и качества актов аутентического толкования продолжает существовать.

Словесное выражение нормы права может допускать различные варианты понимания и толкования. В связи с этим в англо-американской системе права традиционно одним из способов избежать произвола в интерпретации и ограничить манипулирование смыслами высказываний в корыстных интересах одной из сторон является применение канонов толкования (canons of construction, canons of interpretation). Каноны толкования — это правила рассуждения. Несмотря на то что носят они рекомендательный характер, следование им важно, поскольку они устанавливают единообразные критерии понимания и анализа нормативно-правового текста.

«Эти каноны — максимы или ориентиры, которые предлагают возможные интерпретации определенных словесных формул, используемых в статутах или определенных типах статутов» <22>.

———————————

<22> Shapo, Helen S. et all. Writing and analysis in the law. 3-rd ed., Westbury, New York, The Foundation Press, Inc., 1995. P. 66.

Если придерживаться логики канонов интерпретации, то последующий процесс истолкования делается более простым, удобным и ясным. В том случае, когда каноны забывают, возникает разрыв между действительной мыслью законодателя и мыслью, выраженной в тексте акта толкования, что и приводит к трудностям и ошибкам в правоприменительной практике.

Рассмотрим наиболее распространенные каноны интерпретации.

  1. Ejusdem generis (лат. «того же рода или класса») — слова, входящие в обобщающую формулу после перечисления («и т.п.», «и др.», «прочие»), должны толковаться как относящиеся к тому же роду предметов или свойств, что и указанные в перечислении.
  2. Pari materia («по тому же предмету») — канон гласит, что статуты, регулирующие одни и те же близкие по предмету отношения, должны толковаться в соответствии друг с другом. Если одни и те же отношения регулируются более чем одним статутом, все эти статуты должны рассматриваться вместе.
  3. Noscitur a sociis («познаваемый по сопутствующим») — если слово имеет несколько значений, его значение в статуте выясняется по тем словам, которые его окружают в контексте.
  4. Expressio unius, exclusio alterius («включение одного исключает другое») — если в тексте закона перечисляется то, к чему он относится, то тем самым исключается все то, что в нем не упомянуто.

Интересные каноны создания и толкования нормативных текстов разработал Карл Ллевеллин. Из 28 канонов Карла Ллевеллина в аутентическом толковании можно применять следующие <23>:

———————————

<23> Karl N. Llewellyn. Remarks On The Theory of Appelate Decision and The Rules or Canons About How Statutes Are To Be Construed. Vander built law Review. Vol. 3. P. 396 — 406.

  1. Статут не может простираться за предмет текста. — Но для того, чтобы статут достиг своей цели, при его толковании можно выйти за пределы его текста.
  2. Статуты in pari materia должны толковаться вместе. — Статут не считается in pari materia, если у него другая сфера действия и цель либо если очевидно, что законодатель разрабатывал его для того, чтобы изменить существовавшую в ранних актах цель или общую законодательную политику.
  3. Дефиниции и правила толкования, которые содержатся в оговорках статута, являются частью закона и носят обязательный характер. — Дефиниции и правила толкования статута не должны простираться за пределы своего необходимого значения и не могут толковаться вразрез с намерением законодателя, которое нашло свое иное выражение в статуте.
  4. Норма статута, требующая расширительного толкования, не означает, что можно пренебречь ясно выраженными требованиями статута. — Там, где сам статут содержит правило толкования, это правило должно применяться.
  5. Заголовки статутов не контролируют значения слов; преамбулы не расширяют их смысла; названия разделов не меняют того, что словесно выражено. — К заголовку можно обращаться для руководства в толковании, если есть сомнительные или темные места в тексте статута; к преамбулам можно обращаться для выяснения «подоплеки» закона, а следовательно, для верного толкования терминов; названия разделов можно рассматривать как часть собственно статута.
  6. Слова должны пониматься в их обычном значении, если только они не являются техническими терминами или терминами искусств. — Обычные слова могут употребляться в техническом значении, а технические термины могут иметь обыденное значение; они должны толковаться так, чтобы соответствовать явному намерению законодателя, или так, чтобы закон работал.
  7. Предполагается, что один и тот же язык, постоянно повторяющийся в одной и той же связи, имеет одно и то же значение на протяжении всего статута. — Этим предложением можно пренебречь там, где необходимо использовать иное значение с тем, чтобы статут был последовательным.
  8. Слова надлежит толковать исходя из их грамматической организации в структуре статута. — Правилами грамматики можно пренебречь, если точное им следование уводит от цели. Если исключения не упомянуты, их нет.
  9. Буква закона есть только оболочка. — Все, что разумно в пределах закона, является частью закона.
  10. Включение одной вещи исключает другую. — Язык статута может вполне обоснованно охватывать много различных случаев, а отдельно упомянутые служить лишь в качестве примера.
  11. Общие термины должны быть понимаемы в общем смысле. — Они могут быть ограничены специальными терминами, с которыми они ассоциируются, или сферой действия и целью статута.
  12. Обычным правилом толкования является то, что там, где за общими словами следует перечисление, общие слова считаются относящимися только к лицам и вещам того же рода или класса, что и специально упомянутые в перечислении (ejusdem generis). — Общие слова должны оказывать хотя бы некоторое влияние на толкование. Далее, ejusdem generis — только помощь при уяснении значения, этот канон не гарантирует ограничения сферы действия статута с ejusdem generis.
  13. Определяющие и ограничивающие слова или клаузулы должны трактоваться как относящиеся к непосредственно стоящему перед ними определяемому слову (антецеденту). — Не так, если очевидный смысл и значение требуют иного толкования.
  14. Если язык статута допускает два варианта толкования, то выбор значения диктуют знаки пунктуации. — Знаки препинания не изменяют ясного и очевидного значения сказанного.
  15. Подразумевается, что текст статута создавался с должным вниманием к грамматической правильности, и одно не может в нем меняться на другое лишь на основе догадок и предположений. — «И» и «или» могут читаться как взаимозаменяемые там, где такая мена необходима, чтобы статут приобрел смысл или заработал.
  16. Существует различие между словами разрешающими и словами обязывающими. — Слова, дающие разрешение, могут читаться как накладывающие обязательство, а слова, содержащие приказ, могут читаться как разрешающие, если именно такое толкование необходимо для реализации очевидного намерения законодателя или защиты прав граждан.
  17. Оговорка (proviso) относится к статье, непосредственно ей предшествующей. — Может быть совершенно очевидно, что она создавалась как имеющая более широкую область действия.

Каноны являются достаточно гибкими, позволяя интерпретатору нормы права использовать их в соответствии со своей позицией, и в качестве правил интерпретации представляют собой пути поиска необходимых аргументов, а не доказательства истинности толкования <24>.

———————————

<24> Соболева А.К. Каноны толкования в праве // Проблемы юридической техники: Сб. статей. С. 100.

В Англии толкование регулируется Законом об объединении законодательных актов Парламента, и о дальнейшем сокращении языка, используемого в актах Парламента, от 30 августа 1889 г. <25>.

———————————

<25> См.: Митрофанов Ю.А. Толкование закона в Великобритании и его нормативное регулирование // Закон: создание и толкование / Под ред. А.С. Пиголкина. С. 204 — 214.

 

В основе действия Закона о толковании лежат два принципа. Первый состоит в том, что нормы данного акта применяются только в том случае, если в законах не предусмотрено иное их значение (unless the contrary intention appears). Второй — принцип обратного действия (ретроактивного эффекта) толкования. Это связано с тем, что при толковании не создается новая правовая норма и не изменяется (не дополняется) существующая.

По содержанию Закон о толковании представляет собой тщательно и досконально описанные различные термины; понятия и нормы, используемые в законах. Там же определены правила использования этих терминов и понятий, установлены нормы, регулирующие толкование законов.

Более 10 статей (большая часть текста акта) посвящены определениям специальных терминов и понятий. Не оставлены без внимания и общие термины, используемые в законах.

В российском законодательстве отсутствие легальных определений негативно влияет на эффективность аутентического толкования.

Часть 1 ст. 11 Закона о толковании предусматривает, что если один закон «А» отменяет другой закон, отменивший, в свою очередь, третий закон, то последний третий закон не будет считаться вновь вступившим в силу, если иное не предусмотрено в законе «А». В законодательстве России подобной нормы нет. Если любой закон отменяет и заменяет положения другого закона, то отмененные положения считаются действующими до вступления в силу положений нового закона.

Статья 31 Закона о толковании устанавливает, что если закон предусматривает принятие подзаконного акта, содержащиеся в нем термины или понятия, используемые в соответствующем подзаконном акте, должны иметь первоначальное значение, если иное не предусмотрено законом.

Статья 32 Закона о толковании содержит правило, что если какой-либо закон предоставляет кому-либо право издавать нормативные акты, то это право должно толковаться так же, как право отменять, отзывать, дополнять или изменять существующие нормативные акты, если иное не предусмотрено законом.

Одна из статей Закона о толковании гласит, что если в тексте какого-либо закона используется ссылка на положения другого закона, то такая ссылка должна толковаться с учетом всего соответствующего положения целиком, а не отдельных его статей.

При интерпретации правовых норм используются и многочисленные правила обычного права.

Основное правило толкования состоит в том, что обычно при толковании словам должно придаваться наиболее распространенное, обыденное значение.

Другое правило — если имеется легальная дефиниция термина или законодатель иным образом определил его значение, то в этом значении он и должен пониматься, несмотря на его иное значение в обыденном языке.

Третье правило гласит, что если в законе используются технические или иные специальные термины, значение которых законодательно не определено, то им следует придавать тот смысл, который они имеют в соответствующих отраслях знаний.

Последнее правило: при толковании любого закона должны быть получены ответы на следующие вопросы:

1) какое обычное право существовало до принятия соответствующего закона;

2) в чем состоял недостаток этого обычного права;

3) какое средство закон предусмотрел для преодоления этого недостатка;

4) в чем состоит основная причина использования именно этого средства?

Следовательно, учитывая международный опыт в области толкования, можно констатировать, что законодательное регулирование толкования (в том числе и аутентического) может стать оптимальным способом разрешения возможных противоречий, связанных с различным пониманием норм права, используемых понятий. Оно придаст ясность, четкость пониманию и разъяснению нормативных правовых актов, положительно скажется на правовом регулировании в целом и усилит эффективность самого аутентического толкования.

(«Бюллетень нотариальной практики», 2010, N 6)

Колоколов Я.Н., помощник судьи Курского областного суда, аспирант.

Поделиться новостью
На печать...